Погоду на сегодня пообещали хорошую, без ветра. Звоню одному рыбаку, другому и все, естественно, заняты — детей в школу ведут. Ну, Праздник знаний же, 1-е сентября, а я с рыбалкой. Пришлось отказаться от капитальной ловли и одному ехать на ближайшую проточку. Рано не поперся, поэтому на берегу был лишь в восемь утра. Проточка встретила меня приветливо, ласково, без комарья, оводов и мошек. Прямо как на курорте Улыбающийся

Бская протока в погожий день

Скоро осень. Все замерло в ожидании её.

Лодку накачал и на перекат. Еду и придумываю, чем рыбачить. Рыбы не нужно много, так на одни котлеты еще примут дома, а если больше притащу, точно выгонят. Рыбой нынче все жен завалили, и я не отстал. Да и на рыбалку-то поехал только потому, что завтра внук с курорта прилетит и к нам на акклиматизацию Улыбающийся. А когда он на руках уже не до рыбалки.

Погода замечательная! Река читается на раз. Встал сразу куда хотел и угол правильный и расстояние самое оптимальное.

Где-то на 7-8 забросе — ширк, как напильником по железу, и шнур провис... А все потому, что поводок стальной очень короткий поставил, всего 120 мм. Срезала, может и не такая огромная щука, что весь поводок заглотала, а скорее промахнулась мимо приманки. Привязал длинный поводок. Кидаю, меняя время от времени приманки. Все цвета перепробовал, тишина. Решил белый виброхвост прицепить, хотя в такой ясный, солнечный день, не рекомендуется разными там гуру.

А вот щука с гуру не согласилась, и взяла именно белую приманку! Течение там приличное, выкачивать одно удовольствие. Только с третьей попытки заставил зубастую в подсак залезть Улыбающийся.

План выполнил, на котлеты словил, но не наловился. Решил устье проточки проверить, где когда-то, лет пять назад ловил судаков. Минут тридцать ходу под мотором туда. Место сильно изменилось. Пески намыло, но устье еще имеет достаточную глубину 3,5-4 метра. Один берег закоряжен, другой песчаная коса. Встал посредине. Лещи вокруг плавают, хоть подсаком лови, больные, наверное.

Приманку небольшую прицепил, груз самый легкий 16г. Минут через десять судочка поймал, но не крупного. Потом окунька. Ну, раз такой набор получается, то и щучку небольшую еще нужно и уха Улыбающийся. Подплыл поближе к кустам и корягам, прицелился как следует, закинул. Не успел пару раз крутануть — поклевка. Вернее атака из кустов, удар по приманке или по грузилу и в сторону. Значит что-то ей не понравилось. А что? Размер? Цвет? Форма? А прицеплен твистер салатного цвета 90мм. Меняю на 70мм. Бело-черного виброхвоста и опять под тот же куст. На третьем забросе взяла на падении приманки, даже утонуть не дала Улыбающийся. Вынул легко, небольшая.

Попил чайку в лодке, полюбовался рекой и поехал к машине.

Вся рыбалка, с чаепитьем, раздумьями и прочими отвлекалками, заняла всего два часа. Ехать, собирать и разбирать лодку и то дольше получилось. За то какая легкая рыбалка! Вспомнил сразу, как в Якутии рыбу заготавливали, с этой не сравнить. Прикреплю, однако, я рассказ о той рыбалке к этому маленькому отчету Улыбающийся, а то и фото мало и действия все уже описаны Улыбающийся.

Весь утрений улов

Возвращался через лес. Не выдержал, остановился, что бы сфотографировать. Какая сейчас красота в лесу! Еще не осень, а как все прозрачно.

В пылу любви хрипит сохатый,
Зовя соперника на бой…
А сон медведицей лохматой
Бредёт, виденьями объятый,
Ночной звериною тропой

С. Ворошилов

Два моих младших брата — не просто рыбаки, а Рыбаки с большой буквы. Если весной и осенью не проведут по месяцу в тайге — год потерян. Если работа мешает рыбалке, то бросают эту работу. В отличие от них я заурядный любитель. Люблю побродить по берегу со спиннингом, но при этом люблю сухой берег, хороший спиннинг и отсутствие гнуса. Люблю ездить на рыбалку с ночевкой, но спать предпочитаю на чем-то мягком, или хотя бы рядом с мягким... Поэтому, когда я попадаю на денек-другой к ним в тайгу, они стараются создать для старшего брата хоть какое-то подобие удобств и я им благодарен за это, они хорошие, добрые мужики.

Наши русские предки придумали много точных пословиц и поговорок. Ко мне подходит — «первый блин — комом» потому, что я щупленький мужичок среднего роста. Младшие мои братья ростом далеко за сто восемьдесят и в плечах, как говорится — косая сажень. Разница видна и за едой. Варим полное ведро шурпы из уток, я съедаю одного чирка и сыт, а они все остальное и еще булку хлеба. Когда случается добыть сохатого, то меня к переноске его съедобных частей просто не подпускают — боятся, что переломлюсь. Но так, как мне стыдно бездельничать я всеже лезу к ним со своей помощью, ну и обычно это заканчивается так.

Той весной воды было мало и на «санях», так называлось место в районе буровой «7-й нижний Вилюй», старица, соединяющая два озера, стояла закованная двухметровым льдом. Сети приходилось ставить километрах в двух на небольшом, заливном озере, уютно устроившемся посредине большой мари. Проход к нему был чрезвычайно тяжел из-за высокого кочкарника наполовину залитого водой, под которой затаился скользкий лед. Каждую ночь мы выходили с табора и, разойдясь по разным берегам канав и озер, осторожно шли вдоль заберегов, охотясь на ондатру и уток. Ондатры ночью выбирались из своих хаток, активно плавали по заберегам, забирались на кочки, что-то искали в траве и дрались между собой. Увлеченные дракой они не замечали подкравшихся охотников и подстреленные из мелкашки, попадали в наши рюкзаки. Плохо было и зазевавшемуся кряковому селезню и всем прочим съедобным обитателям озер и болот, если они вовремя не убирались с дороги умелых хищников — людей.

Ночная «прогулка» по весенней северной тайге, это песня. Ночи нет — сумерки, в которых размытые очертания предметов превращаются в сказочные фигуры. За полчаса, если у вас есть воображение, можно увидеть лешего и снежного человека, дракона и водяного у которого из пасти идет пар. Воздух пропитан запахами прелой травы, сырости и набухших почек. Все вокруг пищит, поет, щебечет, воет, булькает, рычит и свистит. Все живое охотится друг на друга, одни, для того чтобы съесть, другие чтобы спарится.
Вода по заберегам сплошь покрыта всплесками мечущих икру карасей. Затопленная в канавах, соединяющих реки с озерами трава, шевелится от стай щук пробирающихся по ним к нерестовым местам. По берегам этих нешироких канав часто встречаются грязные, лохматые после зимней спячки, бурые медведи. Они ловко хватают зубами рыбу и, прижав ее лапой к земле, откусывают ей голову.

Человеку в это время легко «ловит» рыбу. Стоит перегородить канаву жердями, и уже через три часа перед загородкой скапливаются тонны отборных язей. Остается только черпать их сачком и ссыпать в мешки, но нам столько не нужно, теперь не нужно. А лет двадцать назад, нас шестнадцатилетних подростков отправляли сюда именно для заготовки рыбы. Завозили на попутном вертолете с сетями и запасом еды дня на два, а потом таким же попутным вертолетом забирали обратно, но уже с рыбой. По прилету рыбу просто раздавали всем работникам аэропорта.

Выйдя на опушку леса перед марью, я вспомнил как раз такую вот рыбалку из своей юности, на этом самом месте. Дело было в конце весны и нас троих братьев «забросили» вон на тот одинокий островок, на котором растет один единственный куст. Вокруг кочкарники, болото и только этот кусочек сухой земли, пригодный для посадки вертолета, сиротливо возвышался над марью. Мы поставили палатку и в первую же ночь поймали столько рыбы, сколько мог взять вертолет — примерно две, две с половиной тонны. Утром сети сняли и вывесили их сушить на этот единственный куст. Только собрались лечь спать, как заметили переходящих марь трех лосей. Шли они прямо на наш островок, по какой-то одним им ведомой тропе. Зарядили мы ружьишко жаканам и залегли возле палатки. Но зверь, на то и зверь, чтобы чуять опасность. За триста метров лоси вдруг остановились, понюхали воздух, и пошли в обход нашей засады. Мы кинулись им наперерез, но по таким кочкам гонятся за диким зверем дело неблагодарное, все равно не догонишь. Но молодость азартна и глупа. Через пять минут, мокрые и злые мы заползли обратно на наш островок и решили все же ложиться спать.
Но спать нам в тот вечер помешала сама природа — начался шторм. При совершенно ясном небе над горизонтом показалась почти черная стена облаков, несущаяся с невероятной скоростью над землей. Вал этих туч был весь в движении. Страшная сила наваливала верхние тучи под нижние и создавалось впечатление, что фронт катится по земле, как гигантский каток стального цвета. До того, как тучи докатились до нашего островка, налетел ураганный порыв ветра, уронивший нашу палатку. Пока мы судорожно восстанавливали наше убогое убежище, в тайгу вонзились первые стрелы молний, и громыхнуло так, что мы непроизвольно присели. Такой грозы я больше не видел, даже будучи на экваториальных островах в Тихом океане.
Мы, прижавшись, друг к другу и вздрагивая при очередном чудовищном раскате грома, молча, сидели в протекающей палатке и, наверное, давали зарок больше сюда никогда не ездить.

И вот мы опять здесь и, наверное, каждый из нас вспомнил тот вечер из нашей юности.

Сегодня же нам предстояло проверить сети, поставленные накануне между наполовину затопленным лесом и тем островком. Я побрел между кочек, а братия вытащили из кустов видавшую виды байдарку и, лавируя между затопленными кустами и кочками, поплыли к сетям. Я тем временем взобрался на этот островок, и, поковыряв носком сапога сухую траву, обнаружил стреляную гильзу шестнадцатого калибра — эх юность.

Рыбы оказалось много, и мы начали её перебрать. При этом караси и язи отправилось обратно в воду. Несколько уснувших щук были оставлены на берегу — птицы склюют. Хорошую рыбу начали укладывать в два огромных брезентовых рюкзака. Я выразил протест и настоял, чтобы мой рюкзак тоже был наполнен. В результате в каждом рюкзаке оказалось примерно по тридцать килограмм. Переправив рюкзаки до берега, байдарку снова спрятали в кусты. Улыбаясь, они помогли мне надеть мой рюкзак, и мы двинулись в обратный путь. Метров двести я шел не запинаясь хотя под ногами были сплошные кочки и вода. Временами на пути возникали завалы из сухих кустов, через которые нужно было перелазить. Следующие двести метров я уже запинался и, наконец, когда мы начали «форсировать» очередную залитую водой марь, споткнулся и завалился на спину в ледяную воду. Самому подняться сил не хватило, я лежал, сжав зубы, и чувствовал, как холодная вода затекает во все складки моей одежды. Наконец сильные руки младшеньких подхватили меня под руки и как пушинку водрузили на ближайшую кочку. Рюкзак у меня был отобран и, несмотря на то, что у них прибавилось груза, они ускорили шаг для того, чтобы я согрелся.

Именно тогда я окончательно понял, что на рыбалке или охоте, личные амбиции неуместны и свои силы всегда нужно рассчитывать так, чтобы в результате твоей несостоятельности не стало хуже другим. Совсем не стыдно быть физически слабее партнеров, если ты умеешь и делаешь вместо них какое-то другое нужное дело, которое ты умеешь делать лучше других.

Всем удачи и с праздником знаний!